«Переводы с русского»

«Переводы  с  русского»

2 июня — 12 июня
Вернисаж — 1 июня в 19.00
Центр современного искусства «M’Арс»
вт-вс 12.00-20.00
тел. (495) 623-66-90, 623-5610 (т/ф), Пушкарев пер., 5
м. Сухаревская

Русско-немецкие культурные связи имеют глубокую традицию: у каждого на слуху Гёттингенский университет, «Фауст», русские художники в Берлине и Мюнхене, Бойс. Интерес русских к немецкому искусству — это нечто само собой разумеется.

А как сегодня обстоит дело в обратном направлении?

Статистика открывает удручающую реальность: так, например, переводы с русского на немецкий составляют лишь 1,4% среди переводов со всех других языков.

Работы русских художников черезвычайно редко вдохновляют их зарубежных коллег /за исключением Малевича/. Русско-немецкие выставки придумываются кураторами и осуществляются с помощью властей — «сверху».

Предлагаемая выставка «Переводы с русского» включает три проекта, недавно созданные независимо друг от друга на севере Германии:

  • 1. Изольда Лок / Isolde Loock/ –„Исповедь“– текст читает Вольфганг Киссель — /Wolfgang Kissel / Видеоинсталляция
  • 2. Марикке Хайнц-Хок/ Marikke Heinz — Hoek/ – „Russische Totale“/буквально: общий план по-русски/ Видеоинсталляция , фотография, объекты
  • 3. Евгения Горчакова /Eugenia Gortchakova/ – „ LPK (Literary press kit – литературный пресс-кит) “ Живопись, цифровая печать, видео (в соавторстве с Вольфгангом Вортманном (Wolfgang Wortmann)

Любой перевод, требуя погружения в оригинал, высвечивает в нём и одновременно в самом переводчике неожиданные глубины, поэтому для «перевода» берётся то, в чем автор подозревает эти возможности. В настоящем проекте «переведены» Чехов, Тарковский и одна из личных библиотек.

Художники рассматривают русское не как нечто экзотическое, и даже не чужое, они далеки от ходячих стереотипов, приглашающих иронизировать или осмеивать . Русское искусство для них — сама собой разумеющаяся часть европейской культурной памяти, которую они используют в своих художественных целях, как материал. Авторы этого проекта обращаются не к массе, не коллективу, их работы в жанре монолога, разговора с самим собой , который не навязывается зрителю. Нужна определенная концентрация, порой философский настрой, чтобы войти в их мир.

Изольде Лок – „Исповедь“ – Чеховский монолог «О вреде табака“ читает Вольфганг Киссель 2005 Видео, 25 мин., граффити на стене

Концептуальные проекты, цифровая графика, видео Изольды Лок при всём разнообразии своей тематики имеют один исток — её прежде всего интересует возможность представить определённые идеи, темы, явления в конкретных образах. Для этого она пользуется любым доступным каждому материалом из прессы, предметами, документами, фото, цитатами.

Эта обескураживающая доступность её находок (так, например, тему желтизны она ассоциирует с чёрно-белой довоенной фотографией мужчины и ребенка с чемоданами, на груди у которых шестиугольная звезда) приближает образы к зрителю, почти стирая дистанцию с автором. Кажется, ты смотришь на себя самого, очень близко, заглядывая в самые интимные, скрываемые от постороннего взгляда уголки своей души. Образы художницы приобретают особую пронзительность, от которой становится жутковато.До сегодняшнего дня театр Чехова нисколъко не утратил своей притягателъности во всём мире. В Советском Союзе многие представители интеллигенции жили образами героев Чайки и Вишневого сада, даже, в значителъной мере, идентифицировали себя с ними.

После распада коммунистической системы некоторые привычные изображения и интерпретации стали вызыватъ сомнения; многослойностъ чеховских драм открываласъ заново. Как на Востоке, так и на Западе спорят о том, в какой степени непостижимая двойственностъ (амбивалентностъ) элементов символизма и абсурда разрушала реализм чеховских драм.

Именно здесъ берет начало сотрудничество двух бременских авторов: видеохудожницы и литературоведа, которое касается Сценического монолога в одном акте под названием О вреде табака. Может ли видеоисталляция открытъ в Чехове нечто такое, что скрывали театралъные инсценировки, что до сих пор оставалосъ недоступным? Стоит обратитъ внимание на панический ужас, который испытывает перед своей женой и дочеръми потерпевший жизненный крах интеллигент Нюхин, на его беспомощностъ, страстъ к табаку, о которой он читает псевдонаучную лекцию, и его отрывочная бесконечная исповедъ становится отправной точкой интермедиалъной рефкексии о себе и окружающих людях.

С одной стороны, ее можно толковатъ как триумф – победу над собой (а значит, триумф самого Чехова), рассказ о собственном крахе получает «терапевтическое» значение и ведет к катарсису. Ведъ последнее предложение монолога звучит следующим образом: «Dixi et animam levavi« «Я все сказал и вознес свою душу». Но с другой стороны весъма вероятно, что Нюхин и после лекции снова окажется в привычной жизненной колее и покорится судъбе. В таком случае его порыв останется без последствий, возможно даже превратится в регулярно повторяющееся событие в ряду ему подобных. С этой точки зрения, монолог можно представитъ себе в качестве примера общей концепции, в основе которой лежит принцип серийности; его применяли авангардисты в литературе и музыке 20 века.

Эту непостижимую амбивалентностъ оригинала художница переводит на язык видеоинсталляции. При этом она лишает одноактную пъесу ее театралъной ауры, рассматривает ее с пронзителъной и бесжалостной точки зрения. Благодаря снятию всех табу монолог приобретает иной характер: он становится предшественником маниакалъного безответного говорения и примыкает тем самым к длинному ряду бесконечных саморазоблачений модернизма – вплотъ до остающихся, по преимуществу, без последствий — откровений современности.

Марикке Хайнц-Хок – „Russische Totale “ 2005 Стратегии создания легенд Видеоинсталляция , фотография, объекты

«Представим себе день, в который произошло нечто важное, полное глубокого смысла, день, который мог бы лечь в основу киносценария. Самое интересное здесь — как этот день запечатлелся в нашей памяти»
Андрей Тарковский «Запечатлённое время»

Сегодня мы погружены в поток визуальной информации – тысячи картин ежедневно проносятся перед нашими глазами – только единицы остаются, сохраняясь в памяти, потому что они перестали быть просто поверхностью, но отсылают нас к чему-то иному, нематериальному. Это отсылание мы называем памятью, её механизм — воспоминание — сквозная тема искусства Марикки Хайнц-Хок. Многочисленны приемы, с помощью которых она «заглядывает» в память: от особой техники фотографии до object trouvée.

Она заставляет застывать или растягивает во времени бегущие кадры, оживляет лики фотографий, работает с размерами, руководствуясь особым чутьём выбирает нужные срезы, отрывки, цитаты, всегда заботясь при этом об определённой цветовой гамме, звуковом сопровождении. Она умеет так выбрать и расположить самые банальные предметы, создать такую атмосферу, что мы, начинаем ощущать присутствие легендарного человека. Делает она это по-минималистски точно, не перегружая свои инсталляции, отчего все представленное обретает статус драгоценности, почти реликвии, будь то жестянка из-под чая или банальное фото из семейного альбома. Ведь как обломок мощей несёт всю силу святого, так и вещи, принадлежащие человеку-легенде воскрешают его в нашей памяти.

Общность интереса к процессу воспоминания привела её к встрече с Тарковским. «Russische Totale « назвала она свою представленную на выставке инсталляцию. В переводе «Россия общим планом» сохраняется ассоциация с безбрежностью, но теряется — с тотальностью-тоталитарностью, которая в скрытом виде присутствует в этом сентиментально-меланхолическом музее. Драматизм не только в лице парнишки из видео «Сумерки», которого мы с готовностью идентифицирем с героем «Иванова детства, в рядах фотографий то ли кадров фильмов, то ли семейного альбома. Мы верим её «обманкам » наверно потому, что для перевода с русского она пользуется методом вживания, ведь драмы войны и фашизма знакомы ей по рассказам и документам отца, фото военных времён которого среди мы с готовностью принимаем за архив режиссёра.

Не достаточно того, что открытие виртуальных миров усложнило вопрос о реальности и фикции – Марикке Хайнц-Хок развивает этот процесс, используя доступные и изобретая новые техники обнажает лабораторию памяти о людях-легендах. Только ее музей подчеркивает индивидуальное, неповторимое, давая зрителю возможность в тишине рассматривания , почти интимной встречи с легендой, сопоставить с собой. Мы уже не удивляемся, что у немецкой художницы оказались личные вещи и рукописи Тарковского, ведь, согласно другой её героине «ничто не уходит навечно, а лишь подвергается превращениям». Более того, загадка архива Тарковского обобщается в сериях «Мироновы» и «Царская и семья» до темы «загадочной русской души».

Евгения Горчакова /Eugenia Gortchakova/ – „ LPK (Literary press kit) “ 2005-6 Цифровая печать, видео (в соавторстве с Вольфгангом Вортманном (Wolfgang Wortmann)

“If I am interested in learning about people, I’ll read novels rather than psychology, Noam Chomsky

«Я читаю романы, а не книги по психологию, чтобы узнать больше о людях» эта идея Хомского искать ответы в книгах мне очень близка. Да и изначальная родственность понятия времени и изобретения письма, восходящих к царапине, штриху, не говоря уже о литерарурности русского наследия, возбудили желание «перевести» когда-то прочитанное, запомнившееся – свою библиотеку – на язык искусства, представить тексты в виде картин, ведь я пишу — штрихами кисти — мгновениями моей жизни — переношу течение времени на поверхность бумаги, холста.

Для «перевода» литературы я привлекла статистику. Так возник проект «ЛПК» — литературный пресс-кит.

Пресс-кит – это комплекс материалов для прессы (пресс-релизы, описание проекта, информфция об участниках проекта, разработчиках…) И литературу нужно «ужать» для прессы, представить в обозримом виде. Каждый прямоугольник, где процесс написания текста сжат до штриха, соответствует произведению мировой литерытуры от Гомера, Руставели, Лао-Дзы к Пушкину, Достоевскому, Джойсу до современной литературы (Рушди, Кабо Абэ, Ерофеев… ) Результаты дают возможность сравнить, например, в каких ролях наиболее часто выступает женшина в различных эпохах и культурах: у Лао дзе всё сведено практически до роли матери, у Гомера у преобладают семейные отношенияб а у Джойса, дэ Сада или Набокова присутствуют почти в равной степени все взятые роли. Проект задуман как игровая интерпретация конструктивизма, с одной стороны, и как рефлекция быстроты сегодняшнего информационного потока, требующего радикальных сокращений (пресс-релизы, рекламные резюме…), с другой.

Проект состоит из:
1

  • Часть I „Точные переводы”
    Размеры цветных полос определяются частотой употребления названия цвета в том или ином литературном произведении (красный, синий, желтый…) 28 работ, цифровая печать каждая 40х20см.
  • Часть II “Власть и деньги” 28 работ, цифровая печать каждая 40х20см.
    Из интервью: «Что сегодня самое важное в России? – Знаешь, только власть и деньги.»
    Размеры цветных полос определяются частотой употребления слов свобода — равенство — братство, с одной стороны, — и власть, деньги, безопасность — с другой, обозначающих ценности французской революциих в противопоставлении сегодняшним ценностям России и Запада. …)
  • Часть III “Роли” 28 работ, цифровая печать каждая 40х20см.
    Размеры цветных полос определяются частотой употребления слов — обозначений различных ролей женщины: мать — дочь – сестра — любовница…- жена, невеста… — грешница… — прислуга… )
2НАНА (по мотивам Свифта) 2005 6мин. Видео
3 Геркулес (по мотивам Агаты Кристи) 2005 4мин. Видео
4 Участники 2006 цифровая печать, 40 х 30 см.

 
«Переводы  с  русского»
«Переводы с русского»
«Переводы  с  русского»
«Переводы с русского»
Журнал «Русское искусство»

1923 – Журнал «Русское Искусство» в 1923 году

№ 1/2004 – «Союз русских художников»

№ 2/2004 – «Санкт-Петербург»

№ 3/2004 – «Коллекции русского искусства за рубежом»

№ 4/2004 – «Графика в музеях и частных коллекциях России»

№ 1/2005 – «Москва художественная»

№ 2/2005 – «Открытия в искусстве и искусствознании»

№ 3/2005 – «Русская Швейцария»

№ 4/2005– «Ратная слава России»

№ 1/2006– «Встреча искусств»

№ 2/2006– «Русская провинция»

№ 3/2006– «Искусство императорского двора»

№ 4/2006 – «Жизнь художника как произведение искусства»

№ 1/2007 – «Коллекционеры и благотворители»

№ 2/2007 – «Почтовые миниатюры: марка и открытка в художественном пространстве»

№ 3/2007 – «Россия — Германия. Диалог культур»

№ 4/2007 – «Изящные искусства и словесность»

№ 1/2008 – «Семья Третьяковых. Жизнь в искусстве»

№ 2/2008 – «Впервые – через 85 лет – публикация I номера журнала «Русское Искусство» за 1923 год»

№ 3/2008 – «Художественное наследие 60-х годов ХХ века»

№ 4/2008 – «Сенсации в искусстве. Открытия. Гипотезы»

№ 1/2009 – «Русская икона»

№ 2/2009 – Переиздание сдвоенного (II и III номеров) выпуска «Русского искусства» 1923 года