«…Они отличались храбростью и бескорыстием»

Авторы: Алексей Еремеев

В 1983 году Государственный музей-заповедник «Петергоф» приобрел миниатюру на кости, запечатлевшую гвардейского офицера 25–30 лет со знаками четырех орденов; неподписанная и недатированная, она поступила как «Портрет молодого офицера».
Военные регалии персонажа позволили возвратить из забвения его имя.

По золотым эполетам с густой бахромой, темно-зеленому мундиру и рисунку золотого шитья на красном воротнике в изображенном безошибочно опознается генерал лейб-гвардии Преображенского полка. Стоячие воротники появились на преображенском мундире около 1802 года и первые десять лет александровского правления шились высокими, со скошенными концами.

1 января 1812 года были введены новые, ниже прежних, глухие воротники1, аналогичные запечатленному. Следовательно, портрет не мог быть создан ранее этой даты. Поскольку 12 мая 1817 года пехотным полкам старой гвардии были присвоены красные лацканы2, которых на представленном мундире не видно, произведение можно датировать январем 1812 – маем 1817 года.

На груди портретированного генерала красуется серебряная звезда ордена Св. Анны – единственная в русской наградной системе, носившаяся с правой стороны. Между концами расстегнутого воротника виднеется красно-черная лента с красным крестом ордена Св. Владимира III степени, из-под которого выглядывает голубой прусский знак «Pour le mérite» («За заслуги»); правее, на черно-оранжевой петличной ленточке навязан белый крест ордена Св. Георгия IV степени.

Согласно сведениям ежегодных «Месяцесловов», среди семи генералов, числившихся в указанный период в Лейб-гвардии Преображенском полку, только генерал-лейтенант и полковой командир барон Григорий Владимирович Розен имел близкие к изображенным знаки отличия. На 31 декабря 1813 года он значился кавалером орденов Св. Анны I степени, Св. Георгия III степени, Св. Владимира III степени и золотой шпаги «За храбрость»3.

Однако, как свидетельствует биография Г.В. Розена, георгиевский крест на шейной ленте он смог надеть не ранее 3 июня 1813 года4, право же на ношение прусской награды получил еще в 1807-м. Сопоставление рассматриваемого произведения с достоверными изображениями генерала – гравюрой Ф. Вендрамини, портретом кисти неизвестного художника из собрания Эрмитажа и полотном Дж. Доу из Военной галереи Зимнего дворца – не оставляет сомнений в том, что на миниатюре запечатлен именно он. Тождество персонажей этих портретов подтверждают такие общие физиономические признаки, как плавный овал лица, выделяющиеся мочки ушей, живо очерченный рот, широко посаженные глаза, пологие дуги бровей, высокий лоб и довольно редкие вьющиеся волосы (последнее отчетливо передано Вендрамини и Доу).

В богатой иконографии Г.В. Розена известен еще один ранний портрет, опубликованный в 1902 году великим князем Николаем Михайловичем, в составе серии превосходных портретных рисунков Луи де Сент-Обена 1808–1815 годов5. На оригинале, хранящемся в Государственном Эрмитаже, вполоборота вправо представлен средних лет военачальник с рельефно вылепленным лицом, выделяющимся подбородком с глубокой ямкой, острым носом и густой кудрявой шевелюрой. С изображениями Григория Владимировича Розена он обнаруживает лишь отдаленное сходство…

Беглый очерк, запечатлевший мундир и знаки отличия, все же позволяет распознать на рисунке вышеописанный, введенный 1 января 1812 года воротник и аннинскую звезду. Кроме того, в очертаниях крайнего справа креста можно с достаточной долей уверенности предположить знак сардинского ордена Св. Маврикия и Св. Лазаря – трилистный крест, помещавшийся в колодке из-за венчающей его короны чуть ниже остальных наград. Портрет сопровождает поздняя надпись графитным карандашом: «Bon de Rosen. Lt Gen» – «Барон де Розен. Генерал-лейтенант».

В генеральском звании в кампаниях 1812–1815 годов принимали участие четыре барона Розена6, и только один из них – Александр Владимирович, старший брат Григория Владимировича, – имел как орден Св. Анны I степени, так и относительно редкую сардинскую награду7. Это предположение подтверждается сличением сент-обеновского рисунка с полотном Дж. Доу, запечатлевшим А.В. Розена для Военной галереи в 1823 году8. Об идентичности представленных на этих портретах лиц свидетельствуют такие присущие им обоим черты, как описанные выше формы лица, носа и подбородка, брови «домиком» и единообразная прическа. Вместе с тем живо очерченный рот, широко посаженные глаза и вьющиеся волосы, несомненно, роднят героя эрмитажного рисунка с персонажем петергофской миниатюры.

Фамилия Розен принадлежит к числу древнейших в Германии. Родоначальником ее, по преданию, был Порай, владетель Любича в Богемии, племянник императора Генриха I, живший в Х веке; два его брата ввели христианскую веру между пруссами и были причтены римско-католической церковью к лику святых. «В русскую службу поступили Розены в начале XV века <…> При Александре I, – отмечал историк семьи, – почти в каждом полку и в каждой артиллерийской бригаде можно было встретить Розена»9. Герои настоящей статьи относятся к наиболее известным у нас представителям древнего рода.

Родились братья в семье видного екатерининского военачальника барона Владимира Ивановича Розена и Олимпиады Федоровны, рожденной Раевской, племянницы А.В. Суворова: 18 октября 1779 года – Александр и 30 сентября 1782-го – Григорий. Детьми их записали в лейб-гвардии Преображенский полк, чем и определили их дальнейшую судьбу.

А.В. Розен в качестве адъютанта Суворова принял участие в итальянском и швейцарском походах. Отличиями в первом из них заслужил ордена Св. Анны II степени, Св. Иоанна Иерусалимского и упомянутый выше орден Св. Маврикия и Св. Лазаря; за переход через Альпы и штурм Чертова моста был пожалован австрийским орденом Марии-Терезии и по возвращении произведен в подполковники. Отвага и стойкость, проявленные в кампаниях 1805–1807 годов, принесли ему должность командира Павлоградского гусарского полка10 и ордена Св. Георгия IV степени и Св. Владимира III степени, а также золотую саблю с надписью «За храбрость».

В 1810-м барон был назначен шефом Лейб-Кирасирского полка и в его рядах встретил Отечественную войну. В Бородинском сражении он заслужил звание генерал-майора, а в дальнейшем, командуя уже бригадой лейб-кирасир, за лихость и бесстрашие удостоился ордена Св. Анны I степени. В течение заграничного похода лейб-кирасиры с отличием действовали во всех основных сражениях и в марте 1814 года вступили в Париж. По окончании кампании Розен-старший был назначен командиром Первой бригады Третьей драгунской дивизии, в 1819 году – командиром дивизии и до 1829-го числился по кавалерии. Он был женат на графине Альбертине Альбертовне Грабовской, от которой имел дочь и двух сыновей, также избравших военное поприще. Скончался Александр Владимирович 20 августа 1832 года в Петербурге и погребен на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры.

Воспоминания современников об А.В. Розене небогаты; немногим более информативны и известные архивные материалы. Документы, опубликованные в «Истории» Лейб-Кирасирского полка, убеждают в бескорыстии Розена-старшего: в ходе кампаний 1812–1815 годов он выделял на содержание полка личные средства. Храбрость Александра Владимировича лишний раз подтверждают многочисленные ранения, подорвавшие его здоровье: в 1822 году, как свидетельствует его формулярный список, он проходил курс лечения за границей и после уже фактически не служил.

Беглый рисунок Л. де Сент-Обена способен оживить образ, рисуемый сухими строками формулярного списка. Гордая осанка и открытый взгляд из-под приподнятых бровей не оставляют сомнений в смелости и властности А.В. Розена, небрежная прическа и бакенбарды намекают на его кавалерийскую лихость, а затаившаяся в приподнятых уголках губ улыбка выдает искреннее добродушие барона. По всей видимости, А.В. Розен позировал Л. де Сент-Обену в 1814–1815 годах. Это соображение основано на том, что последней наградой генерала стал прусский орден Красного Орла II степени, полученный им после занятия Франкфурта-на-Майне11, следовательно, не ранее 21 октября 1813 года. Знак упомянутого ордена ясно читается на рисунке при его сравнении с портретом кисти Дж. Доу (верхний белый крест на шейной ленте). Заметим также, что наиболее поздние портреты сент-обеновской серии датируются 1815 годом.

Г.В. Розен боевое крещение принял в рядах Преображенского полка при Аустерлице. За это роковое сражение, в котором русская гвардия, жертвуя собой, спасала беспорядочно отступавшие войска союзников, он был пожалован золотым оружием и званием полковника. Через год он стал шефом Первого егерского полка и за ряд подвигов удостоился орденов Св. Георгия IV степени, Св. Владимира III степени и ордена «Pour le mérite», а за «храбрость и распорядительность» в войне со Швецией 26-летний Розен был произведен в генерал-майоры.

В 1810-м Григорий Владимирович стал во главе Первой гвардейской бригады преображенцев и семеновцев, с которой и прошел всю последующую кампанию. За участие в Бородинском сражении он получил орден Св. Анны I степени, 16 декабря 1812 года был назначен командиром лейб-гвардии Преображенского полка, а 3 июня 1813-го, «за отличную храбрость и мужество, оказанные в сражении <…> под Красным», награжден орденом Св. Георгия III степени.

Из заграничных походов Г.В. Розен вернулся генерал-лейтенантом, начальником Первой гвардейской дивизии, кавалером орденов Красного Орла I и Св. Владимира II степени. С этими отличиями он представлен на гравюре Ф. Вендрамини по оригиналу Ф. Ферьера, опубликованной в октябре 1814-го, и на воспроизводимом в настоящей статье эрмитажном портрете.

В 1818-м барон был пожалован в генерал-адъютанты и в этом звании запечатлен на полотне Дж. Доу, написанном для Военной галереи Зимнего дворца. Николай I произвел его в генералы от инфантерии и назначил командиром Отдельного Литовского корпуса. «Барон Розен – самый добрый, благородный человек, как только можно себе представить, – писал в 1830 году лицейский товарищ Пушкина В. Д. Вольховский, – считаю за счастье быть под начальством у столь достойного генерала»12. Видная роль в подавлении Польского восстания принесла Григорию Владимировичу вместе с высокими наградами (среди которых – орден Св. Георгия II степени) назначение на должность командира Отдельного Кавказского корпуса и главноуправляющего гражданскою частью Грузии, Армянской и Кавказской областей и Астраханской губернии.

На этом посту генерал деятельно занимался налаживанием мирной жизни, обустройством горных дорог и крепостей. Как «весьма доброго и заботящегося о Грузии человека» охарактеризовал его поэт Григол Орбелиани13. Спустя десятилетия Александр II свидетельствовал: «…Память о Розене и доселе сохраняется во всем Кавказском крае, и все отдают справедливость благородному его характеру»14. Благородный характер корпусного командира, принимавшего живое участие в судьбе многих опальных и ссыльных, и явился главной причиной его отставки в ноябре 1837 года. 6 августа 1841 года разбитый параличом Григорий Владимирович скончался; похоронен он в Москве, в Свято-Даниловом монастыре.

Григорий и Елизавета Розен воспитали двух сыновей, также вступивших в военную службу, и четырех дочерей, две из которых приняли монашеский постриг. «Розен, хотя и не обладал особенными военными дарованиями, но в бою был хладнокровен и храбр, а в частной жизни был известен своей честностью и порядочностью, которые и заслужили ему уважение современников», – справедливо резюмировал мемуарные свидетельства великий князь Николай Михайлович15.

Петергофский портрет Г.В. Розена, несомненно, передает отличительные черты его характера. Смелый поворот головы, открытый взгляд больших светлых глаз и общее добродушное выражение лица рисуют образ отважного, уверенного в себе и благородного человека. Вопрос об авторстве этого произведения, исполненного в лучших традициях миниатюрной живописи, остается открытым; однако время его создания можно уточнить. Поскольку знаки ордена Св. Анны I степени Г.В. Розен получил «после 20 сентября в Тарутине»16, миниатюру следует датировать периодом от 20 сентября 1812 до 3 июня 1813 года. Поводов для ее заказа Григорий Владимирович в эти месяцы имел предостаточно: 30 сентября новоиспеченный аннинский кавалер отметил свое 30-летие; 12 декабря (в день рождения Александра I) у него от брака с Елизаветой Дмитриевной, рожденной графиней Зубовой, появился на свет сын – Александр; спустя 4 дня он стал полковым командиром; 18 февраля 1813 минул год со дня его свадьбы; 29 апреля ему была отдана под начальство Первая гвардейская дивизия…

Предпочтение, оказанное Розеном преображенскому, а не общегенеральскому мундиру, позволяет осторожно предположить, что Григорий Владимирович позировал художнику уже после назначения на должность командира старейшего полка русской гвардии17. Знаменательно, что назначение это произошло через 4 дня после рождения у него сына – срок, достаточный для доставки известия из Петербурга в Вильну, где находилась Первая гвардейская бригада18. Из губернского центра главные силы армии выступили 28 декабря. Возможно, миниатюра и была исполнена между 16 и 28 декабря в Вильне и предназначалась для пересылки родным – супруга своего Елизавета Дмитриевна, по всей вероятности, не видела буквально со свадьбы, с весны 1812 года…

«…Они отличались храбростью и бескорыстием» – писал о баронах А.В. и Г.В. Розенах родственник, декабрист А.Е. Розен, – достоинства эти были признаны всеми начальниками, товарищами и подчиненными»19. Как бы то ни было, достоинства петергофской миниатюры и эрмитажного рисунка, а также достоинства и заслуги запечатленных на них братьев, бесспорно, обеспечили этим произведениям право на видное место в портретной галерее русского воинства той эпохи.

Автор приносит свою искреннюю благодарность за помощь в работе над этой публикацией хранителю фонда акварелей Государственного музея-заповедника «Петергоф» В.В. Ардамацкой, а также Г.А. Принцевой, В.М. Файбисовичу и их коллегам.

Примечания
1
Историческое описание одежды и вооружения российских войск . Под ред. А.В. Висковатова. СПб., 1901. Т. XIV. С. 20.
2 Там же. С. 23.
3 Месяцослов с росписью чиновных особ, или Общий штат Российской империи, на лето от РХ 1814 [1813]. СПб., 1814. Ч. I. С. 36. В предыдущем справочнике (по 1 марта 1813) награды Розена не указаны.
4 Розен Г.В. // Кавалеры ордена Св. Георгия Победоносца I и II степени. Биографический словарь. СПб., 2002. С. 416.
5 Луи де Сент-Обен. 39 портретов. 1808–1815. Изд. вел. кн. Николая Михайловича. СПб., 1902. Репринт. изд. М., 2002. С. 84, 85.
6 Словарь русских генералов, участников боевых действий против армии Наполеона Бонапарта в 1812–1815 гг. // Российский архив. М., 1996. Т. VII. С. 536–538.
7 Барон А.В. Розен дослужился лишь до генерал-майорского звания, что не согласуется с сопроводительной надписью. Но даже если автор этой, несомненно, поздней надписи знал, что на портрете запечатлен именно А.В. Розен, его ошибку можно объяснить: в российской армии той поры генеральские эполеты носили несколько однофамильцев барона, видимые же знаки различия чинов – звездочки – были введены лишь в 1827 году.
8 Следует заметить, что этот портрет воспроизведен как «Портрет бар. Ф.Ф. Розена 3-го» едва ли не во всех публикациях XX в., начиная с книги «Военная галерея 1812 года» (СПб., 1912), на что первым указал А.В. Кибовский.
9 Розен А.Е. Очерк фамильной истории баронов фон Розен. 992–1876. СПб., 1876. С. 81.
10 Павлоградский гусарский полк хорошо знаком широкому читателю по роману Л.Н. Толстого «Война и мир»: в этом полку как раз в 1805–1807 годах служил Николай Ростов.
11 Николай Михайлович, вел. кн. Розен 2-й, А.В.// Русский биографический словарь. СПб., 1913. Репринт. изд. М., 2000. С. 375.
12 Цит. по: Шадури В. Покровитель сосланных на Кавказ декабристов и опальных литераторов. Тбилиси, 1979. С. 28.
13 Там же.
14 Цит. по: Корф М.А. Записки. М., 2003. С. 323.
15 Луи де Сент-Обен. 39 портретов. 1808–1815. С. 85.
16 История Л.-гв. Преображенского полка. Сост. А.К. Чичерин, С.Н. Долгов, А.Н. Афанасьев. Спб., 1883−1888. Т. I–IV. Т. III. С. 80.
17 Не исключено, что Розен как бригадный командир имел право на ношение преображенского мундира и до 16 декабря.
18 К примеру, выехав из столицы 7 декабря, Александр I с небольшой свитой прибыл в Вильну 11-го, где и праздновал свое 35-летие.
19 Розен А.Е. Очерк фамильной истории… С. 81.

 
 Л. де Сент-Обен. Портрет барона А.В. Розена. Конец 1813-го −1815. Б., карандаш. 22х17. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург
Л. де Сент-Обен. Портрет барона А.В. Розена. Конец 1813-го −1815. Б., карандаш. 22х17. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург
 Дж. Доу. Портрет барона А.В. Розена. 1823. Х., м. 70х62,5. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург
Дж. Доу. Портрет барона А.В. Розена. 1823. Х., м. 70х62,5. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург
 Неизвестный художник. Портрет барона Г.В. Розена. Ок. 1815. Х., м. 37,5х23. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург
Неизвестный художник. Портрет барона Г.В. Розена. Ок. 1815. Х., м. 37,5х23. Государственный Эрмитаж. Санкт-Петербург
Журнал «Русское искусство»

1923 – Журнал «Русское Искусство» в 1923 году

№ 1/2004 – «Союз русских художников»

№ 2/2004 – «Санкт-Петербург»

№ 3/2004 – «Коллекции русского искусства за рубежом»

№ 4/2004 – «Графика в музеях и частных коллекциях России»

№ 1/2005 – «Москва художественная»

№ 2/2005 – «Открытия в искусстве и искусствознании»

№ 3/2005 – «Русская Швейцария»

№ 4/2005– «Ратная слава России»

№ 1/2006– «Встреча искусств»

№ 2/2006– «Русская провинция»

№ 3/2006– «Искусство императорского двора»

№ 4/2006 – «Жизнь художника как произведение искусства»

№ 1/2007 – «Коллекционеры и благотворители»

№ 2/2007 – «Почтовые миниатюры: марка и открытка в художественном пространстве»

№ 3/2007 – «Россия — Германия. Диалог культур»

№ 4/2007 – «Изящные искусства и словесность»

№ 1/2008 – «Семья Третьяковых. Жизнь в искусстве»

№ 2/2008 – «Впервые – через 85 лет – публикация I номера журнала «Русское Искусство» за 1923 год»

№ 3/2008 – «Художественное наследие 60-х годов ХХ века»

№ 4/2008 – «Сенсации в искусстве. Открытия. Гипотезы»

№ 1/2009 – «Русская икона»

№ 2/2009 – Переиздание сдвоенного (II и III номеров) выпуска «Русского искусства» 1923 года