Василий Васильевич Переплетчиков. Художник. Путешественник. Литератор. Общественный деятель

Так случилось, что при жизни и после смерти В.В. Переплетчикова его произведения не были показаны ни на одной персональной выставке. Сегодня его работы разбросаны по государственным музеям и частным коллекциям. Имя художника основательно забыто. А между тем он был фигурой примечательной, активно участвовавшей в художественной жизни Москвы и Петербурга на протяжении более двух десятилетий. Такие мастера, как И.И. Левитан, М.В. Нестеров и другие, чтили его не только как художника, но и как общественного деятеля. Он известен был и как литератор.

Василий Васильевич Переплетчиков обладал острым умом, наблюдательностью и был несомненно ярко одарен. Его способности в самых различных областях изобразительного искусства (он занимался живописью и графикой), литературы (он писал прозу и стихи), его энергия и инициативность в устроении художественной жизни (он организовывал выставки, участвовал в создании новых объединений и т.д.) не давали ему возможности остановиться на чем-нибудь одном, чтобы посвятить себя избранному роду занятий наиболее целеустремленно и полно. Создается впечатление, что он может быть даже не стремился заключить свои интересы в какие-либо рамки рационального самовыражения. Его занимало все: и новые течения в живописи, и возможность проявить себя в качестве очеркиста, и осуществление такой извечной мечты человека, как тяга к путешествиям.

В каждой области, которой В.В. Переплетчиков занимался, он был известен, и в то же время в конце XIX — начале ХХ столетия были художники, литераторы, путешественники более авторитетные, прославившие себя делами куда более значительными. Однако может быть никто из них не обладал тем комплексом дарований, желанием разнообразных свершений, которым наделен был Переплетчиков — один из самых ярких участников художественной жизни предреволюционной поры, являющийся непременным представителем русской (и особенно — московской) культуры того времени.

«Коренной москвич»
Жизнь Василия Васильевича Переплетчикова изначально была отмечена московскими традициями. Он родился в купеческой семье. <…> Первоначальное образование Василий Переплетчиков получил в Практической Академии коммерческих наук.

Еще находясь в Академии, он почувствовал склонность к занятиям искусством и начал брать частные уроки у передвижника А.А. Киселева. Вслед за тем поступил в Училище живописи, ваяния и зодчества, где стал изучать архитектуру.

Знакомство с И.И. Шишкиным заставляет Переплетчикова еще раз изменить род занятий. Оставив архитектуру, он посвящает себя целиком изобразительному искусству, пробуя свои возможности в графике и живописи. Его жизнь той ученической (и последующей тоже) поры – обратим на это внимание – в отличие от большинства коллег по искусству была материально благополучной, и уже в каталогах ранних выставок он (редкий случай для молодого художника) указывал постоянный адрес: «Против Яузких ворот, Хлудовский тупик, собственный дом». Такое независимое положение, казалось бы, должно облегчать ему занятия избранной профессией, но это же, может быть, больше всего станет мешать Переплетчикову в реализации своих художественных возможностей. Он и впоследствии в порыве различных увлечений не уставал себя пробовать в других областях. И отнюдь не безуспешно, т.к. был несомненно одарен.

«Известный художник»
Обратившись к изобразительному искусству, Переплетчиков сближается с московской художественной средой своих сверстников, прошедших, как и он, школу Училища живописи, ваяния и зодчества. Это были А.Е. Архипов, С.А. Виноградов, С.В. Иванов, Н.А. Клодт, К.А. Коровин, И.И. Левитан, А.С. Степанов и некоторые другие художники; с ними Переплетчиков станет работать рядом, а позже — создавать новые выставочные организации.

Первоначальные профессиональные интересы Переплетчикова были обращены к графике. В 1880-е – 90-е годы он много времени уделяет рисунку, изучает различные техники графического искусства (пастель, уголь, перо, карандаш, литографию, аква-рель), участвует совместно с С.В. Ивановым в деятельности рисовальных классов (1888).]

Увлечение графикой в среде коллег Переплетчикова было столь велико, что ими даже был затеян «Периодический выпуск рисунков русских художников» (*). В первом, изданном в этом ряду, альбоме (1886) поместили рисунки С.В. Иванов, С.А. Коровин, И.И. Левитан, В.А. Симов, А.С. Степанов и др. Переплетчиков тоже участвовал в нем — он показал литографию «Кама у Пьяного бора». Спустя пять лет, в 1891-м, Переплетчиков выпускает уже самостоятельный альбом пейзажных рисунков (перо, уголь, карандаш), свидетельствующих о внимательном изучении творчества И.И. Шишкина. Альбом был замечен. О нем писали: «интерес содержания … рисунков заключается в том, что они знакомят нас весьма точно с характерными сторонами природы нашей центральной местности. Во многих рисунках чувствуется несомненный вкус художника и умение схватывать характерные черты пейзажа» (1). В эти же годы Переплетчиков вместе с А.А. Киселевым, Н.А. Клодтом, Л.О. Пастернаком, А.С. Степановым и И.И. Шишкиным принимает участие в графическом оформлении московского журнала изящных искусств и литературы «Артист» (2), выполняет рисунки в литературном сборнике (1892) и т.д.

Однако главное место в его творчестве занимает станковый рисунок. Опыты своих занятий в этой области Переплетчиков регулярно показывает на выставках, которые устраивали в обеих столицах петербургское Общество русских акварелистов и мо-сковское Общество любителей художеств. Раз от разу он увеличивает число экспони-руемых работ, и уже в 1898 году на выставке акварелей, пастелей и рисунков Переплетчиков представил более десяти рисунков. В такой активности современники видели отнюдь не только одно трудолюбие художника. Один из самых строгих критиков современного искусства С.П. Дягилев писал о работе Переплетчикова «Река Прорва» (1898): «она достойна внимания, во-первых, как представительница нового московского пейзажного направления с талантливым Левитаном во главе — и, во-вторых, по своим индивидуальным достоинствам»(3). Это впечатление было не случайным. Тремя годами позже художник и критик М.М. Далькевич выделит другой пейзаж – «Осень на Волге» («наиболее сильное впечатление») и скажет, что Переплетчиков, так же как и И.И. Левитан, С.Ю. Жуковский, А.С. Степанов — «поэт, тонко воспринимающий часто неуловимые настроения природы, чув-ствительный, отзывчивый и умеющий передать свои субъективные чувства другим просто и свободно»(4).

Параллельно с графикой Переплетчиков занимается станковой живописью. Он ездит с И.И. Левитаном в Саввинскую слободу под Звенигородом, с С.А. Виноградовым в Плес на Волгу и т.д. Он по-прежнему необычайно работоспособен («Ну и пишем же мы с ним, — рассказывал Виноградов, — я похудел прямо»).

Творчество Переплетчикова-живописца было небезразлично современникам. Например, в 1896 году Левитан сообщит А.В. Васнецову, что Переплетчиков «недурные этюды сработал» (5). Александр Бенуа, несколькими годами позже, отмечая работы Переплетчикова и некоторых москвичей – последователей Левитана, скажет, что их пейзажи «будут так же цениться со временем, как бесчисленные и милые «малые голландцы» (6).

О работах Переплетчикова не только пишут критики, их воспроизводят в журналах и особенно часто в «Мире искусства» — журнале, который так чутко реагирует на появление «новой волны» в русской живописи. Произведения художника приобретал «сам» П.М. Третьяков, покупал «сам» С. П. Дягилев. Пейзажи Переплетчикова украшали мастерскую И.И. Левитана, квартиры С.А. Виноградова, А.М. Корина. Несомненным признаком популярности Переплетчикова, думается, было и то, что его в 90-е годы портретируют С.В. Иванов (1885-1890), В.А. Серов (1897), А.М. Корин (1898), А.С. Голубкина (1899). <…>

И если в те годы Александр Бенуа отнюдь не без оснований высказывал мысль об определенной зависимости Переплетчикова от Левитана (7), то уже в начале нового, ХХ века Грабарь отметит иную черту: Переплетчиков становится «самостоятельным художником» (8). К этому времени в его творчестве обозначатся и определенные тематические перемены.

В 1902 году В.В. Переплетчиков вместе с С.А. Виноградовым впервые отправляются в поездку на архангельский Север. Увиденное производит на него неизгладимое впечатление: «природа суровая и величавая, полная жуткой прелести и неразгаданной тайны. Солнце в этой стране светит целый день, так что теряешь в конце концов представление о времени. Не то день, не то ночь. В безбрежном океане мерещатся миражи, чудятся допотопные животные и в душу невольно заползает мистический ужас» (9). Эта поездка оказала влияние на всю последующую жизнь Переплетчикова. И прежде всего на его живописное творчество. Год за годом он ездит по Архангельскому Северу, много пишет, рисует, выставляя десятки созданных там работ, объединяя их в серии, что тогда было явлением достаточно необычным. Таковы, например, его серии: «Север. Архангельская губерния», «Север. Новая земля». Кроме этого он показывал циклы работ: «Исчезающие уголки города Москвы», «Средняя полоса России» и др. Однако главной темой по-прежнему оставалась тема Севера. В своих пейзажных рисунках и полотнах Переплетчиков поэтично «рассказывает» о Севере, обжитом людьми, показывает его селения с высокими двухэтажными деревянными домами, старинными монастырями, спокойными, а иногда и бурными, реками (когда «вокруг все слишком уж спокойно, — скажет однажды художник, — я ничего не могу чувствовать») (10).

На протяжении более чем десятилетнего периода Переплетчиков систематически показывал на выставках (главным образом «Союза русских художников») северные пейзажи, что позволило современникам назвать его «Восторженным певцом дальнего Севера» (11). Его работы пользовались известностью. Об одной из них – «Над Двиной надвигается буря» (1908) – И.Э. Грабарь говорил в 1909 году как о «значительной картине». Именно эту работу и другую – «Черемуха цветет» (1915) – Совет Третьяковской галереи приобрел в 1916 году для своего собрания. Пейзажные произведения Переплетчикова в предреволюционное время приобретались многими коллекционерами, среди которых назовем Д.В. Высоцкого, В.О. Гиршмана, Н.А. Львова, М.К. Морозову, М.П. Рябушинского, К.Т. Солдатенкова. Список этот можно было бы расширять и далее.

И сегодня, спустя многие десятилетия, исследователи, рассматривающие развитие русского искусства конца XIX — начала XX веков, постоянно упоминают имя Переплетчикова в ряду тех художников, которые осуществляли одно из самых заметных направлений, получившее название «московская школа».

«Исколесил всю Россию»
С самых первых творческих лет Переплетчиков обнаруживает завидную «охоту к перемене мест». Он любил путешествовать. Уже в 1892 году Переплетчиков сообщал А.С. Суворину, что «большую половину года» он проводит вне Москвы (12). По его работам, экспонированным на выставках, можно в какой-то мере установить маршруты передвижений: Волга, Ока, Протва, Кама, Печерский монастырь, Финляндские шхеры, Урал и т.д. В поисках сюжетов он изъездил всю центральную Россию вдоль и поперек. Так было до начала девяностых годов.

Последующие годы его творческой жизни шли под знаком путешествий на Север. На протяжении двенадцати лет (1902 – 1914) ежегодно каждое лето он отправлялся к полюбившимся ему местам, о которых однажды сказал: «Суров и неприветлив Север, но меня к нему тянет. Поеду опять к Ледовитому океану, к большим сильным лю-дям» (13). Поездки эти были тяжелы и опасны. О посещении Новой земли в 1913 году (из Архангельска туда два раза в год в период навигации отправляется пароход) Переплетчиков рассказывал: «Било и трепало наш пароход почти весь двухнедельный рейс. Часов двенадцать стояли под туманом. Кругом ревущий океан, весь слившийся с белой мглой. Пароходные тревожные свистки и мерный, умирающий в пустом покрове тумана, звон колокола на вахте» (14).

В странствиях по Северу, «вооружившись» этюдником и записной книжкой, он побывал на Белом море, Северной Двине, Сухони, работал в Архангельске, Гороховце, Усть-Пинеге, Ухтострове, Курострове, жил в Сийском и Красногорском монастырях. На Новой земле он посещает становище «самоедов» «Белужья губа», где обитал его ученик Тыко Вылка, добирается до самого северного европейского поселения «Ольгинское становище», пытается разыскать следы пропавших экспедиций Русанова, Седова и т.д. Возвращаясь на большую землю, он занимается просветительской работой, читает о Севере лекции, публикует дневниковые записи, сделанные там.

Надо сказать, что Переплетчиков отнюдь не был первым художником, посетившим архангельский Север. Уже в 1894 году там побывал В.В. Верещагин, исполнивший этюды на Северной Двине. И в том же году туда отправились К.А. Коровин, В.А. Серов («это был какой-то другой мир, мир небес и тихой зеркальной воды… и какой-то дивной несказанной мечты») (15). Посетил Новую землю в 1896 году и ученик А.И. Куинджи А.А. Борисов, с этого времени постоянно путешествовавший по Северу.

Для Переплетчикова это были не только «волшебные страны» с их необычай-ной природой, но еще и земля, где торжествовала «человеческая энергия, предприимчивость и любовь к знанию, которые не боятся смерти» (16). Может быть поэтому в его картинах и записках Север населен людьми, его занимает жизнь человека на Севере, его связь с природой. В отличие от Борисова, прославлявшего «тайну вечных льдов», «Север» Переплетчикова населен людьми, полон поэзии.

«Бард русского Севера»
Истоки литературной деятельности Переплетчикова, по-видимому, можно усмотреть прежде всего в его «Дневнике» (17). В 80-е годы XIX века он стал делать подробные записи всего виденного. В них он фиксировал события художественной жизни, пе-ресказывал запомнившиеся разговоры, происходившие на встречах с художниками, описывал впечатления, полученные от выставок, излагал свои размышления об искусстве. В этих записях Переплетчиков обнаружил завидное умение рассказчика, острый ум, наблюдательность, иронический взгляд. К сожалению, в начале девятисотых годов писание «Дневника» им было прервано. Однако и то, что ему удалось сделать, до сих пор имеет несомненное историко-культурное значение. Не случайно и по сей день исследователи, изучающие художественную жизнь на рубеже XIX и XX столетий, постоянно обращаются к этим записям, представляющим собой свидетельство очевидца об ушедшем времени, его художниках, коллекционерах.

«Дневник» велся Переплетчиковым «для себя». Необходимость публичного творчества в нем возникла после поездок на Север. И вместе с этим опытом возникает уже профессиональный литератор. Он пишет очерки «За северным полярным кругом» (1909), «Художник-самоед Тыко Вылка» («Путь», 1912), а также цикл стихотворений «Новая земля» (1913), ос-тавшийся неизданным, кроме одного стихотворения «Полярная северная ночь» («Клич», 1915). О Севере он читает публичные лекции «Жизнь за полярным кругом (Новая земля)» (Москва, Саратов, 1913, 1914). Более того, он составляет о Севере книгу «Север. Очерки русской действительности» (1917), которую иллюстрирует своими работами. Эти очерки представляют собой жанровые бытовые сцены, изображающие жизнь северных селений и их обитателей. Любопытно: Переплетчиков почти пренебре-гает описанием пейзажа, его фраза динамична, портретна и характерна. Он умеет вести диалог, в котором всегда ощущается социальная характеристика беседующих людей, своеобразие местного говора. Большое место в очерках занимают очень точно описанные смысловые детали. Язык очерков простой, ясный.

Очерки Переплетчикова носят форму записок, в которых автор всегда присутствует зримо. Он наблюдает за происходящей жизнью («сколько лет езжу по России, а всюду одна и та же картина, освещенная то полуденным, то полночным солнцем. Картина пьянства, темноты и ужаса жизни») (18), записывает виденное, занимаясь главным делом, ради которого приехал в провинцию: «При свете белой ночи я рисую», «Пишу в лесу этюд», «Идет дождь. Работать нельзя» и т.д.(19). Он и словом запечатлевает природу как художник. Отмечает цвет: «Очень ярко одеваются женщины на севере, издали целая палитра красок: синих, зеленых, желтых, красных, среди серых гор и бледной природы – очень красиво» (20). Запоминает образ: «летели южные облака: серебряные юноши с крыльями, белые фигуры женщин с длинными волосами. Все это быстро неслось друг на друга»(21).

Одарен в литературной области Переплетчиков был бесспорно. Неслучайно всю жизнь его тянуло в той или иной форме к прозе, к стихам, к литературной среде. Он был знаком с К.Д. Бальмонтом, А. Белым, В.Я.Брюсовым, И.А. Буниным, Н.Д. Те-лешевым, Т.Л. Щепкиной-Куперник, А.И.Эртелем и многими другими литераторами своего времени.

«Общественное делание»
С конца XIX столетия в Москве и Петербурге Переплетчикова знали все. Он был энергичен, любознателен, склонен ко всякого рода «артельным» начинаниям. «Общественное делание» (выражение В.Ф. Булгакова) являлось одним из его главных жизненных занятий. Тот же Булгаков замечал: «Казалось, он получал большое удовольствие от самого процесса хлопот и устройства выставочной экспозиции» (22). Однако его деятельность не ограничивалась только выставочными экспозициями. И, конечно же, делалось все им не только ради самого «процесса». Самые различные прогрессивные начинания в художественной жизни — прежде всего Москвы — имели в его лице горячего сторонника и умелого организатора. Вот почему в начале 1900-х годов Переплетчиков становится одной из центральных фигур в Москве, оказывая влияние на ход событий художественной жизни.

Так было, например, в 1900 году, когда всесильный Дягилев писал Серову при организации очередной выставки «Мир искусства»: «Если увидишь Переплетчикова — потолкуй с ним, не могут ли они (москвичи-сторонники выставки 36 художников — В.Л.) прислать нам (в Петербург) какое-нибудь письмо с просьбой о том, чтобы мы ос-тавили их Москву в покое» (23).

Его деловые качества известны были современникам и ценились ими. В 1910 году после разрыва московских и петербургских художников А.П. Остроумова-Лебедева писала: «мы, уйдя от москвичей, потеряли таких организаторов, какими были Переплетчиков и Бычков» (24).

К мнению художника прислушивались. Его авторитет для многих был бесспорен. В 1904 году И.Э. Грабарь, например, писал: «Здесь Перелетчиков. Находит, что я очень удачно работал» (25). В 1907 году, желая показать Переплетчикову свою новую работу, А.С. Голубина просила И.С. Ефимова: «Толкните, пожалуйста, в бок Василия Васильевича, может он приедет, поглядит и возьмет в союз» (26).

Если иметь ввиду только развитие художественной жизни начала ХХ столетия, то нельзя не упомянуть, что именно Переплетчиков был в числе инициаторов создания таких «сецессионных» объединений московских художников, как «Выставки 36 художников» и «Союз русских художников», членом-руководителем которого он являлся с его основания и до самой кончины деятельно участвовал на всех его выставках. Когда же в «Союзе» возник конфликт между художниками двух столичных го-родов, именно Переплетчиков был делегирован в качестве парламентера в Петербург к Александру Бенуа для выяснения возможностей дальнейшей совместной деятельности. <…> В его общественной деятельности присутствуют не только профессиональные интересы, но и — это несомненно — элементы гражданственности. Примером тому могут служить многие начинания, в которых участвовал Переплетчиков на протяжении разных лет. В 1891-ом он вместе с А. Архиповым, А. и В. Васнецовыми, Н. Касаткиным, И. Левитаном, В. Поленовым и другими художниками принимает участие в выставке картин, пожертвованных «в пользу пострадавших от неурожая» (27), в 1892-м — в издании литературного сборника, посвященного «в пользу бедных матерей, пострадавших от цинги и тифа в Воронежской губернии», в 1900-м — сборника «На помощь жертвам вой-ны» и т.д. В годы первой мировой войны он особенно деятелен. Переплетчиков принимает на себя обязанность председателя комиссии «помощи больным и раненым воинам и семьям запасных», участвует во многих благотворительных выставках («Художники Москвы — жертвам войны», «Художники — товарищам воинам», «По оказанию помощи семьям лиц, призванных на войну»), аукционах (28) и других мероприятиях, которые тогда в обильном числе были организованы интеллигенцией. Пользу его общественной деятельности в годы войны современники оценили, и один из них, С.С. Мамонтов, писал с фронта: «Здесь — понимаю, как нужна комиссия, которой заведует Василий Васильевич Переплетчиков и от души желаю ему сил и успехов в начатом им деле» (29).

Те же черты гражданской заботы об общем деле нетрудно проследить и в отношении Переплетчикова к развитию художественной жизни в провинциальных городах России. Вместе с А.М. Васнецовым, М. В. Нестеровым, А. А. Рыловым он посылает в Вятку свои работы, чтобы помочь там созданию художественно-исторического музея (1910) (30), участвует этюдами и картинами в выставке, организованной в Орле местным обществом любителей изящных искусств (1912) (31), жертвует живописные произведения для возникающей в Ярославле Городской художественной галереи (1913) (32). Однако наиболее ощутимой была его роль в развитии художественной жизни Москвы. На протяжении ряда лет (1894-1897), избранный в Комитет Общества любителей художеств, он возглавляет его деятельность (33). Позже (1907-1916) он постоянно избирался в Комитет «Союза русских художников» где был одним из самых влиятельных руководителей (34). Одновременно в эти же годы (1914-1917) Переплетчиков являлся одним из директоров Литературно-художественного кружка. Он был инициатором организации ряда выставок в Москве и Петербурге. Переплетчиков показывает выставку ненецкого художника Тыко Вылко и пропагандирует его творчество на страницах прессы (1912), создает посмертную выставку своего коллеги по «Союзу русских художников» С.В. Иванова (1912), выполняет работу члена комиссии «по приемке» произведений на Толстовскую выставку (1911), входит в Комиссию по устройству выставки «Художники Москвы — жертвам войны» (1914), является одним из сотрудников газеты «Голос Москвы» (1915) и т.д.

Значение Переплетчикова в развитии художественной жизни Москвы, активизации ее деятельных сил несомненно. Примером тому и организация ежегодных выставок «Союза русских художников» на протяжении всего дореволюционного времени, и участие в создании клуба представителей всех родов искусств, принявшего в 1907 г. по инициативе Переплетчикова название Общество «Свободная эстетика» (где он, правда, ненадолго, вместе с В.А. Серовым и коллекционером И.И. Трояновским, становится во главе художественной комиссии), и усилия, приложенные им для постройки в Москве выставочного зала (затея не была осуществлена), который должен был нести функции «Дворца искусств».

Переплетчиков обладал бесспорным общественным авторитетом. Достаточно вспомнить, что когда в 1909-1910 годах Совету Третьяковской галереи были предъявлены претензии разного рода со стороны Городской думы, Совет в доказательство справедливости своих действий привел ссылки на заявления, сделанные многими ведущими московскими художниками (А.Архиповым, В. Васнецовым, С. Ивановым, Н. Касаткиным, Ф. Малявиным, В. Поленовым), в числе которых был назван и Переплетчиков (35). Все это и многое другое подтверждает: «общественное делание» было одним из главных занятий в его жизни, которому он отдавал много времени и сил.

Примечания

1. Рисунки В.В. Переплетчикова. Москва. 1891. Русские ведомости, 1892. РГАЛИ, ф. 459, оп. 1, ед.хр. 3223, л. 3.
2. Артист. 1892, февраль, №20. С.18; декабрь, №25. С.38; 1893, январь, №26. С.110; март, №28. С.67; 1894, январь, №33.С.70.
3. Сергей Дягилев и русское искусство. Статьи, открытые письма, интервью. Перепис-ка. В 2-х тт. М., 1982. Т.1. С.49-50.
4. Далькевич М. М.Выставка акварелей, пастелей и рисунков Московского общества любителей художеств в музее б-на Штиглица. // Хроника журнала «Искусство и ху-дожественная промышленность». 1899, 20 ноября, №4. СПб. С.87.
5. Левитан И.И. Письма. Документы. Воспоминания. М., 1956. С.62.
6. Бенуа А.Н. История русской живописи в XIX в. СПб. 1902. С.249.
7. Бенуа А.Н. Мои воспоминания. Кн. 4-5. М. 1980. С.88-89.
8. Грабарь И.Э. Моя жизнь. Автомонография. М.-Л., 1937. С.200.
9. Алексеев Д. На дальнем Севере. У художника В.В. Переплетчикова. Вырезка из не-установленной газеты 1910-х гг. РГАЛИ, ф. 827, оп. 1, ед.хр. 60, л 8.
10. Грэхем С. Англичанин о русском Севере. Известия Архангельского общества изу-чения Русского Севера. 1913, 1 августа, №15.
11. В.Б. Певец Севера. Вырезка из неустановленной газеты 1910-х гг. РГАЛИ, ф.827, оп. 1, ед.хр. 60, л.3.
12. Переплетчиков В.В. – Суворину А.С. Письмо от 12 декабря 1892. РГАЛИ, ф. 459, оп. 1, ед.хр. 3223.
13. Алексеев Д. На дальнем Севере. У художника В.В. Переплетчикова. РГАЛИ, ф. 827, оп. 1, ед. хр. 60, л.8.
14. В.Б. Певец Севера. Вырезка из неустановленной газеты…
15. Коган Д. З. Константин Коровин. М., 1964. Работы Серова и Коровина были вос-произведены в кн.: Львов-Кочетов Е.Л. По студеному морю. Поездка на Севере. М., 1895.
16. Переплетчиков В.В. Север. Очерки русской действительности. М., 1917.
17. РГАЛИ. ф. 827 оп.1, ед.хр. 63л-3.
Следует иметь в виду, что Переплетчиков не был первым художником, писавшим о Севере. Уже в 1896 году В.В. Верещагин выпустил книгу в Москве «На северной Двине. По деревянным церквам». Вслед за тем А.А. Борисов посвятил Северу ряд публикаций: «Художественная экскурсия на Большеземельную тундру и на остров Войчач» (Искусство и художественная промышленность. 1899, №6), «На Новую землю» (Нива. 1902, №2), «У самоедов. От Пинеги до Карского моря» (СПб., 1907), «В стране холодов и смерти» (СПб., 1909).
18. Переплетчиков В.В. Север. Очерки русской действительности. С.89.
19. Там же. С.56, 95, 90 и др.
20. Там же. С.93.
21. Там же. С.48.
22. Булгаков В.Ф. Переплетчиков. В.В. // Булгаков В.Ф. Встречи с художниками. Л., 1969. С.95.
23. Серов В.А Переписка. 1884-1911. Л.-М., 1937. С.331.
24. Остроумова-Лебедева А.П. Автобиографические заметки. В 3-х тт. М., 1974 . Т.1-2. С.451.
25. Грабарь И.Э. Письма. В 3-х тт. М., 1974. Т.1 (1891-1917). С.148.
26. Голубкина А.С. – Ефимову И.С. Письмо от 14 декабря 1907. // Голубкина А.С. Письма. М., 1983. С.68.
27. Московские ведомости. 1891, 28 декабря, №358.
28. Письмо Московского отделения Общества Охраны здоровья еврейского населения В.В. Переплетчикову. РГАЛИ. ф.827, оп.1, ед.хр. 50, л.1.
29. Письмо С.С. Мамонтова Дирекции литературно-художественного кружка от 21 ав-густа 1914. Издательство литературно-художественного кружка, №7, сент. 1914. С.41.
30. Аполлон. 1910, №8. С.38.
31. Почетный диплом Выставочного комитета Орловского общества изобразительных искусств В.В. Переплетчикову от 24 апреля 1912 г. РГАЛИ. ф. 827, оп.1, ед.хр.41, л.1.
32. Письмо Общества защиты и сохранения в России памятников искусства и старины В.В. Переплетчикову от 13 марта 1913 г. РГАЛИ. ф.827, оп.1, ед.хр. 48, л.1.
33. Отчет комитета Общества любителей художеств за 1894, 1895, 1896 и 1897 гг.
34. Журнал заседаний «Союза русских художников». РГАЛИ. ф. 94, ед.хр. 3, л. 10, 20, 23, 25, 31.
35. Государственная Третьяковская галерея. Очерки и статьи. Л. 1981. С. 214.

 
А.С. Голубкина. Портрет В.В. Переплетчикова. 1889. Бронза. Отливка В.В. Лукьянова. 1940 г. ГТГ, отдел исследования творчества Голубкиной (Музей-мастерская). Подлинник в гипсе - Рязанский областной художественный музей
А.С. Голубкина. Портрет В.В. Переплетчикова. 1889. Бронза. Отливка В.В. Лукьянова. 1940 г. ГТГ, отдел исследования творчества Голубкиной (Музей-мастерская). Подлинник в гипсе - Рязанский областной художественный музей
Переплетчиков В.В. Зимой в лесу. 1895. Х. на к., м. 39,5 х 58. Живая традиция (ГТГ), инв. 1558 ГТГ, фото А. Сапроненкова, С. Филь. 2003
Переплетчиков В.В. Зимой в лесу. 1895. Х. на к., м. 39,5 х 58. Живая традиция (ГТГ), инв. 1558 ГТГ, фото А. Сапроненкова, С. Филь. 2003
В. Переплетчиков. Часовня в селении Устьпинега Архангельской губернии. Тушь, перо. 1917. Иллюст-рация для книги «Художник Василий Переплетчиков. Север. Очерки русской действительности». Книго-издательство писателей в Москве, 1917.
В. Переплетчиков. Часовня в селении Устьпинега Архангельской губернии. Тушь, перо. 1917. Иллюст-рация для книги «Художник Василий Переплетчиков. Север. Очерки русской действительности». Книго-издательство писателей в Москве, 1917.
 Переплетчиков Василий Васильевич.1863-1918  Пейзаж с церковью. 1913  Холст, масло.  61 х 97  Приобр. в 1984 в  Художественном салоне выставке № 1, Москва  2075-ж .  Публикуется впервые
Переплетчиков Василий Васильевич.1863-1918 Пейзаж с церковью. 1913 Холст, масло. 61 х 97 Приобр. в 1984 в Художественном салоне выставке № 1, Москва 2075-ж . Публикуется впервые
В. Переплетчиков. Сийский монастырь. Тушь, перо. 1917. Иллюстрация для книги «Художник Василий Переплетчиков. Север. Очерки русской действительности». Книгоиздательство писателей в Москве, 1917.
В. Переплетчиков. Сийский монастырь. Тушь, перо. 1917. Иллюстрация для книги «Художник Василий Переплетчиков. Север. Очерки русской действительности». Книгоиздательство писателей в Москве, 1917.
Группа мастеров «Союза русских художников»: (слева направо нижний ряд)  В.В. Переплетчиков, С.А. Виноградов, Н.А. Клодт, С.Ю. Жуковский; (слева направо верхний ряд) А.Е. Архипов, М.Х. Аладжалов, И.И. Бродский, П.И. Петровичев, А.С. Степанов.
Группа мастеров «Союза русских художников»: (слева направо нижний ряд) В.В. Переплетчиков, С.А. Виноградов, Н.А. Клодт, С.Ю. Жуковский; (слева направо верхний ряд) А.Е. Архипов, М.Х. Аладжалов, И.И. Бродский, П.И. Петровичев, А.С. Степанов.
 Переплетчиков Василий Васильевич.1863-1918.  Село Кривое на Северной Двине. 1912  Картон, масло. 54,2 х 101,  На обороте картона справа внизу (авторская?)надпись тушью: Писалъ масломъ Василiй Переплётчиковъ Кривое. С. Двина Арханг-го Холмогорск. У. 1912
Переплетчиков Василий Васильевич.1863-1918. Село Кривое на Северной Двине. 1912 Картон, масло. 54,2 х 101, На обороте картона справа внизу (авторская?)надпись тушью: Писалъ масломъ Василiй Переплётчиковъ Кривое. С. Двина Арханг-го Холмогорск. У. 1912
Шарж Д. Моора на художника В. Переплетчикова
Шарж Д. Моора на художника В. Переплетчикова
Журнал «Русское искусство»

1923 – Журнал «Русское Искусство» в 1923 году

№ 1/2004 – «Союз русских художников»

№ 2/2004 – «Санкт-Петербург»

№ 3/2004 – «Коллекции русского искусства за рубежом»

№ 4/2004 – «Графика в музеях и частных коллекциях России»

№ 1/2005 – «Москва художественная»

№ 2/2005 – «Открытия в искусстве и искусствознании»

№ 3/2005 – «Русская Швейцария»

№ 4/2005– «Ратная слава России»

№ 1/2006– «Встреча искусств»

№ 2/2006– «Русская провинция»

№ 3/2006– «Искусство императорского двора»

№ 4/2006 – «Жизнь художника как произведение искусства»

№ 1/2007 – «Коллекционеры и благотворители»

№ 2/2007 – «Почтовые миниатюры: марка и открытка в художественном пространстве»

№ 3/2007 – «Россия — Германия. Диалог культур»

№ 4/2007 – «Изящные искусства и словесность»

№ 1/2008 – «Семья Третьяковых. Жизнь в искусстве»

№ 2/2008 – «Впервые – через 85 лет – публикация I номера журнала «Русское Искусство» за 1923 год»

№ 3/2008 – «Художественное наследие 60-х годов ХХ века»

№ 4/2008 – «Сенсации в искусстве. Открытия. Гипотезы»

№ 1/2009 – «Русская икона»

№ 2/2009 – Переиздание сдвоенного (II и III номеров) выпуска «Русского искусства» 1923 года